Що Кремль програв в Україні

Про це пише у польському виданні "Gazeta Wyborcza" Міхал Бронятовський.

Человек пишет, а Путин пули носит. Возможно, когда я закончу эту статью и нажму на «save», окажется, что текст устарел, и российские танки, покрашенные в цвета миротворческих сил, уже выдвинулись на запад.

Сделаем, однако, стоп-кадр и посмотрим, как Владимир Путин потерял на украинской авантюре больше, чем нам кажется во всей этой информационной сумятице. Уже на носу президентские выборы на Украине, которые состоятся несмотря на огромные усилия Москвы, пытавшейся им помешать. Что же привело к путинскому поражению? 

Владимир Великий возвращает территории 

Вопреки подозрениям, будто российский президент и все его окружение сошли с ума от жажды власти, у Путина был четкий план, который опирался на ясно поставленную цель: завершить в 2024 году свое правление Владимиром Великим, который вернул героическому, хотя униженному народу, гордость, ощущение мощи, а, главное, территорию, которой этот народ, будучи основной силой в СССР, владел половину прошлого столетия. Этой цели можно добиться только в случае переизбрания в 2018 году на новый шестилетний президентский срок, значит, следовало сохранить общественную поддержку. Лучший метод — это позволить народу забыть о стремлении к лучшей жизни во имя мобилизации на войну с воображаемым врагом, даже если это самый близкий русским народ. 

Кроме того нельзя было допустить, чтобы Украина, которую презрительно называют Малороссией, стала заразительным примером успеха демократических реформ и разумности европейских устремлений, ведь «мы в Кремле делаем великодержавный Евразийский союз». Вдобавок погрузившийся в хаос и нищету сосед — это лучшее противоядие от либерально-демократических фантазий собственных граждан. Отсюда — борьба с постмайдановской Украиной (даже ценой международного остракизма) и пропагандистская грязь, изливаемая на эту страну. 

Путин пробуждает мир и Украину

Нельзя сказать, что Путин попутно не достиг впечатляющих и очень болезненных для Киева успехов:

— он без единого выстрела завоевал Крым, доведя патриотическое воодушевление своего народа до точки кипения, а заодно ликвидировав проблему с базой флота в Севастополе и получив месторождения нефти и газа на шельфе вокруг полуострова; 

-он получил огромную общественную поддержку (даже массовую истерию) внутри России, в которой обожают непогрешимого божественного лидера; успешной оказалась мобилизация против общего врага вплоть до готовности к войне с ним; россиянам напомнили, что во имя собственных прав они могут попирать права других (такой фашизм в чистом виде, хотя, согласно Путину, фашисты — это украинцы); 

— сепаратистский очаг в Донецкой области сконцентрирован не в самой русифицированной части восточной Украины, зато в регионе Славянска и Краматорска обнаружены огромные месторождения сланцевого газа. 

Можно еще с долей издевки сказать, что удалось также: 

— разрушить аннексией Крыма послевоенный мировой порядок, который опирался на понятие территориальной неприкосновенности, которое было внесено в устав ООН, а позднее — в Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Удалось также подорвать доверие малых и средних государств к крупным державам, поскольку был грубо попран меморандум США, Великобритании и России, гарантировавший Украине в 1994 году территориальную целостность взамен за отказ от ядерного оружия; 

— развеять грезы мировой общественности, в особенности США и Европы, о том, что история после распада СССР завершилась, а Россия уже никогда не будет никому угрожать; 

— и главное, Путину удалось усилить патриотизм украинцев, которые дадут теперь правительству «самоубийц» в Киеве несколько спокойных месяцев на неизбежные и чрезвычайно болезненные повышения тарифов и прочие элементы реформ. 

И в чем же поражение? 

Во-первых, Владимир Владимирович не сумел разжечь народный бунт на востоке и юге Украины. Как десять лет назад, во время оранжевой революции, Путин и его советники решили, что люди остаются неделями на киевской площади Независимости, потому что их подстрекает к этому ЦРУ. Если это так, то давайте подстрекать близкий России Донбасс и даже Одессу, и устроим Украине не один, а несколько антимайданов. 

Но ничего не вышло. Говоря высокопарными словами, если в Киеве рождался новый, ждущий демократии, украинский народ, то в Донецке, Луганске и Мариуполе как русского народа не было, так и нет. Несмотря на вложенные в «общественную поддержку» миллионы долларов диверсанты и сепаратисты смогли занять лишь два города среднего размера и несколько административных зданий в паре других. 

Как в таких условиях можно решиться на вторжение в регион, похожий по размерам и плотности населения на Силезию? К тому же единственный на Украине (после утраты Крыма), который требует дотаций как на социальную сферу, так и на нерентабельные шахты. Разжигание бунтов и беспорядков стоит миллионы, а поддержка целого дефицитного региона обойдется в миллиарды, к которым добавятся недовольные жители. 

И еще есть возмущенный Запад, санкции которого, возможно, были не слишком болезненными, зато финансовые рынки чувствительно наказали Путина. В начале крымской авантюры московская биржа упала на 20-30%, и не вернулась к прежнему состоянию. Курс рубля недавно снизился так, как если бы в Польше евро начал стоить 5,5 злотых.

Из бед следует упомянуть еще отсутствие поддержки со стороны олигархов, напуганных российским доминированием. Даже самый крупный из них, Ринат Ахметов, после нескольких месяцев гамлетовских терзаний, выступил против Москвы. Премьер Яценюк подписывает в Киеве очередные соглашения о миллиардных кредитах от Запада, а правительственные войска метр за метром отвоевывают занятые пророссийскими отрядами территории.

И будто этого мало, Путин, пожалуй, из-за глупости собственных чиновников, готовит себе новый джихад — на этот раз в Крыму. Вместо того чтобы задобрить крымских татар, он накинулся на них с типично советскими репрессиями. И уже начало раздаваться ворчание радикальных имамов...

Близятся украинские выборы. Путин потеряет весьма сомнительный, но все-таки аргумент нелегитимности власти в Киеве. Он утратит также основной мотив для подпитки иррендентистских настроений на востоке Украины. Но откажется ли он от планов использования тех 40000 военных, которые стоят на юго-западной границе? Этого никто не знает. Хотя время, несомненно, работает в пользу возрожденного украинского государства. 

Чего же Владимир Владимирович добился на Украине кроме преходящего обожания российских толп? Вернется ли к разговорам с Западом или останется сателлитом Китая? 

Михал Бронятовский — многолетний корреспондент агентства Reuters