Розкриття кінцевих бенефіціарів: відкривати чи ні?

Как известно, осенью прошлого года, аккуратно перед выборами был принят закон «о раскрытии бенефициаров». Закон шумный и довольно резонансный, так как в Украине практически не быт крупного или даже среднего бизнеса, собственниками которого были бы обычные граждане. Вместо них в реестрах юридических лиц значатся иностранные, как правило, островные фирмы с ничего не говорящими названиями, о реальных собственниках которых можно узнать разве что со слухов.

И вот, согласно принятого в октябре прошлого года закона №1701, в течение полугода все действующие предприятия обязаны внести в государственный реестр сведения о своих фактических владельцах. Вернее, не "фактических владельцев", а там был какой-то мутный юридический термин, который в итоге и сыграл для кого злую, для кого веселую шутку.

Словом, грустно это или смешно, но то ли по недосмотру, то ли умышленно, но в итоге вышло так, что никаких бенефициаров раскрывать не нужно. Как и почему так случилось попробуем разобраться подробней.

1. Кого изначально рассчитывали раскрыть?

Итак, 14 октября 2014 года Верховная Рада приняла Закон №1701, которым:

- ввела понятие "конечный выгодополучатель" - физическое лицо, способное осуществлять решающее влияние на управление предприятием как путем владения большинством его активов, так и назначением руководства компании (например, владением самой компанией на 25 и больше процентов);

- все предприятия, кроме государственных и коммунальных, обязаны устанавливать, хранить и регулярно обновлять информацию о своих конечных выгодополучателях;

- предприятиям обязаны подавать в государственный реестр данные о своих выгодополучателях, а за неисполнение этой обязанности предусматривалась ответственность для руководителей.

Ну и самым резонансным стал пункт 2 Переходных положений Закона, согласно которому:

Юридичні особи, зареєстровані до набрання чинності цим Законом, подають державному реєстратору відомості про свого кінцевого вигодоодержувача (вигодоодержувачів), у тому числі кінцевого вигодоодержувача (вигодоодержувачів) їх засновника, якщо засновник - юридична особа, упродовж шести місяців з дня набрання чинності цим Законом.

Иными словами, по переходным положениям все частные юридические лица обязывались в течение шести месяцев, то есть до 25 мая 2015 года, подать в госреестр данные обо всех своих конечных выгодополучателях.

И вроде как все просто и понятно, и возможно массовое раскрытие фактических собственников действительно бы произошло, если б на пути у этого достойного дела не выросло препятствие под названием Национальное антикоррупционное бюро Украины.

2. Антикоррупционное бюро как повод

12 февраля 2015 года Парламент принимает большой и сложный Закон о внесении изменений в законодательство для обеспечения деятельности Национального антикоррупционного бюро и Национального агентства по вопросам предотвращения коррупции.

Несмотря на то, что закон не маленький и довольно непростой, рассматривался он Верховной Радой со второй космической скоростью – понадобилось буквально две недели, чтоб законопроект превратился в официальный закон Украины. Не вдаваясь излишне в россыпи прекрасных пышных слов похвалы за стремление государства бороться с коррупцией, сосредоточимся на качестве реализации в одном мелком, изолированном элементе – что там с бенефициарами?

А с бенефициарами на первый взгляд все вполне неплохо – законодатели приняли ответственное решение называть вещи своими именами, и вместо туманного и мало кому понятного "конечный выгодополучатель" ввели простой и популярный среди широких масс пользователей социальных сетей термин "конечный бенефициарный собственник (контролер)". В итоге всюду во всех законах мутноватый "выгодополучатель" заменен на более современный "бенефициар".

А вот здесь на секунду скажем "стоп", и снова вернемся к пункту 2 переходных положений.

Важный для нас пункт 2 все так же и содержит требование раскрывать не "бенефициарных собственников", а "конечных выгодополучателей". То есть именно тех, которых в феврале удалили из всех законов, и в юридическом смысле в современной Украине их просто нет.

А раз так, то выходит, что Закон №1701 обязывает действующие предприятия до 25 мая внести в реестр данные о конечных выгодополучателях, но при этом ни один действующий законодательный акт не дает вменяемого ответа на вопрос, кого же именно нужно вносить?

3. Так кого нужно вносить в реестр до 25 мая?

Ответ на этот вопрос прост и сложен одновременно. Прост тем, что вносятся только "конечные выгодополучатели", и никто другой. Сложен же тем, что никто не знает, кто такие "конечные выгодополучатели", и кого же в итоге нужно подавать.

Очевидно, для ответа на озвученный вопрос стоит немного сместить акцент и задаться несколько другим вопросом, который на самом деле важнее остальных:

Нужно ли действующим предприятиям до 25 мая вносить в реестр данные о конечном бенефициарном собственнике?

Действительно, действующая сегодня статья 64-1 Хозяйственного кодекса гласит, что предприятия должны устанавливать "конечного бенефициарного собственника". При этом вторым абзацем данной статьи указано, что:

Термин "конечный бенефициарный собственник (контролер)" понимается в значении, употребленном в Законе Украины «О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения».

Закон о предотвращении и противодействии… действительно сейчас содержит этот термин.

Но есть ли у нас закон, который бы обязывал действующие предприятия до 25 мая подавать в госреестр данные о своих "конечных бенефициарных собственниках (контролерах)"?

А здесь все достаточно просто – такого закона нет. Многократно упомянутый пункт 2 переходных положений к Закону №1701 не обязывает действующие предприятия передавать в госреестр данные о своих конечных бенецифициарных собственниках. Бенефициары попросту ни разу не упомянуты в данной статье Закона.

Таким образом, вопрос о том, должно ли действующее предприятие в срок до 25 мая 2015 года подать данные о своих бенефициарных собственниках решается достаточно просто – ввиду того, что законодательства, которое бы обязывало это делать, у нас нет, вряд ли кого-то можно всерьез заставить исполнять требования несуществующего закона.

4. А как же с ответственностью за не раскрытие бенефициаров?

Действительно, осенью в Кодекс об административных правонарушениях статья 166-11 была дополнена соответствующей ответственностью. И эта статья так же менялась законодательством об Антикоррупционном бюро, и сегодня она выгладит так:

Неподання юридичною особою державному реєстратору передбаченої Законом України "Про державну реєстрацію юридичних осіб та фізичних осіб - підприємців" інформації про кінцевого бенефіціарного власника (контролера) юридичної особи тягне за собою накладення на керівника юридичної особи або особу, уповноважену діяти від імені юридичної особи (виконавчого органу), штрафу від трьохсот до п'ятисот неоподатковуваних мінімумів доходів громадян.

Как видно, ответственность предусматривается только за отказ в подаче информации о конечных бенефициарных собственниках.

Как мы уже установили выше, закона, обязывающего действующие предприятия подавать такую информацию, на сегодняшний день у нас нет. Так же как и нет ответственности за не предоставление информации о конечных выгодополучателях, о которых говорится в пункте 2 Переходных положений Закона №1701.

Так что если не будут внесены соответствующие изменения в закон, руководителям действующих предприятий за не предоставление данных о своих бенефициарах до 25 мая ничего не грозит.

Однако стоит отметить, что установленная ответственность может наступать в других случаях, никак не связанных с 25 мая.

Так, например, при последующих изменениях конечных бенефициарных владельцев предприятие должно подать в госреестр соответствующие документы. И данное обязательство распространяется и на действующие предприятия, при чем даже в тех случаях, когда изменения произошли до 25 мая. Правда при этом закон не устанавливает сроки, в течение которых такие документы должны быть поданы, что в целом снижает перспективы для чистого привлечения к административной ответственности.

Так же стоит отметить, что Кодекс об административных правонарушениях предусматривает ответственность только за не предоставление данных о бенефициарах. Но при этом в законе нет ответственности за предоставление ошибочных или даже умышленно недостоверных сведений о них.

Кроме этого есть немало и других юридических нюансов, которые практически сводят к нулю перспективы "чисто" привлечь к ответственности за не предоставление информации о бенефициарах.

То, как государство отнеслось к вопросу раскрытия бенефициарных собственников работающих предприятий, вряд ли может номинироваться на попадание в какой-нибудь ТОП-10 лучших анекдотов недели. Но что особо примечательно, что раскрытию бенефициаров помешал именно Закон о борьбе с коррупцией, хотя всем известно, что именно в системе скрытых бенефициаров лежит немалая часть многих коррупционных схем со всякими тендерами и государственными программами. Очевидно, если у государства все же появится желание навести лад в этом вопросе, оно имеет для этого все нужные рычаги и шансы еще не утеряны окончательно. Но захочет ли оно это сделать, увидим уже в ближайшее время.