Життя в окупованому Донецку

 В районе шахты «Куйбышевская» есть микрорайон «Азотный». Это далеко не окраина города. Возле шахтного террикона по сей день находится заброшенный учебный полигон. Сегодня жители района искали ближайшие подвалы и убежища. Средь бела дня внезапно поднялась стрельба из бронетехники. Свидетели говорят то ли о БМД, то ли о БТРах, которые отрабатывали стрельбу по террикону.

Говорят, грохот стоял неимоверный. После бронетехники стрельбу отрабатывали из калашей и прочего стрелкового оружия. Прямо возле полигона стоят с одной стороны девятиэтажки, с другой пятиэтажки, с третьей частный сектор, ну а с четвертой тот самый террикон. В общем, дело плохо – район густозаселенный. А тут бронетехника… На месте жителей «Азотного» я бы проявил крайнюю озабоченность, как говорит фрау канцлер. 

Мне часто говорят уезжать из Донецка. Отвечаю один раз. Настоящий имам не может бросить верующих на произвол и спасать свою шкуру. Думаю, и в других религиях так же. Вот почему похищенный отец Тихон никуда не убегал, даже когда ему угрожали расправой. Священнослужитель должен быть с верующими до конца. Он должен утешать, поддерживать, помогать, проводить молитвы, а когда придет время – хоронить людей. Нужно будет умирать со своей паствой – должен умирать.

В противном случае авторитет религиозной веры пошатнется. А без веры никак нельзя. Я считаю, что на этом держится Украина. Украина держится на вере, и пока мы верим нас никому через колено не переломить. В Украине народ больше всего доверяет Церквям и религиозным организациям, это доверие бесценно. И это доверие ни купить, ни внушить рекламой и пропагандой не возможно. Это идет от сердца к сердцу. Этого можно добиться только бесстрашным искренним бескорыстным служением.

Так что всякий подвязавшийся в религиозные деятели должен быть готов ко всему. Если имам не со своим народом – гоните в шею такого имама, пусть урюком торгует на базаре. Наш пророк Мухаммад (мир ему) в свое время вынужден был покинуть Священную Мекку из-за откровенного террора, который устроили ему и его последователям. Но покинул он город самым последним, когда уже ничего не оставалось делать, а его дом окружили наемные убийцы.

Так что если буду уезжать, то только самым последним, и закрою Донецк на ключ.