Год после Майдана: Могло ли быть иначе?

Не в прошлую осень, когда начался Евромайдан. А лет на десять: во времена оранжевих ленточек, наколотых апельсинов и американських валенок. Может быть, если бы тогда оказались смелее и взяли штурмом Банковую, история пошла бы по-другому? Кровь пролилась бы, но не рекой. Потенциальные российские шпионы сбежали бы в Ростов. И может быть, обошлось бы без войны? Ведь Кучма был миролюбив, Янукович - жалок, Путин - слаб...

Где та роковая случайность, не давшая развиться ситуации по-другому? Оранжевый шарфик на шее Азарова, смягчивший гнев людей? Усталость больного Ющенко? Удачный  междусобойчик Жвании и Андрея Деркача? Кто передумал вести шахтеров с вокзала на Майдан?

А может вопрос в другом: было ли нам за что штурмовать Банковую? Была ли у нас тогда хоть какая-то цель, кроме как показать, что «мы не быдло и не козлы»?

Мы кружились в ярком праздничном хороводе, чувствовали, что нас затягивает сквозняком истории, но не ведали, куда.

А это был всего лишь знак. Знамение. Об ожидающем нас впереди. Чтобы мы были готовы, собрались с духом и ждали.

Один из восточных мудрецов говорил: «В каждой вещи есть символ иной вещи. В каждом событии скрывается зародыш будущего события». Тот, оранжевый, Майдан был 3G-проекцией из грядущего в прошлое. Сказкой, со справедливым, но добрым концом,  которую читают детям, чтобы приучить их к трагизму взрослой жизни.

Вы заметили, именно с того, первого, Майдана наша жизнь стала богата символами? Мессия с обезображенным лицом, его неудачная попытка поймать голубя во время инаугурации,  Юлия Тимошенко, принесенная на сцену Майдана на руках, торжественно восставший  на Печерске «дом Порошенко»...

Во всем этом мы тогда чувствовали какой-то код, но шифр к нему получили только теперь.

А потом закрутилось. Венок, свалившегося на Януковича (мы смеялись, а символ оказался  страшным: это ведь мертвые герои у обелиска Славы швырнули его  в морду диктатору, - за тысячи убитых в будущем). «Йолка»,  выстрелившая как чеховское ружье  29 ноября 2013 года. Ватиканская голубка, атакованная вороном.

Образованные люди не верят в приметы. Но цивилизационные историки подметили: в переломные  эпохи время так сгущается, что причинно-следственные связи сплетаются в тугой клубок неотвратимой каузальности. И случайному событию в него просто не втиснуться.Тогда каждый поступок, каждая деталь, каждое слово просто светится от своей многозначимости.

В событиях, разворачивавшихся на прошлогоднем Евромайдане, не было ни одной щелочки для развития ситуации каким-то иным образом. От поступков отдельных людей ничего не зависело. Они лишь выражали неизбежность. Друзья Мустафы Найема верят, что именно с его призыва выйти на Майдан началась революция Достоинства. Недруги подозревают: пост был  написан на Банковой под диктовку Левочкина - для раскола  протестантов  на партийцев и общественных активистов.

А есть ли разница? Ни Левочкин, ни кто другой не мог ни остановить, ни замедлить начавшийся процесс. Вспомним: напротив студетов, ночующих со звездно-синими флагами под стеллой, уже разворачивался никому пока неизвестный «Правый сектор». Оппозиционные партии готовили  на 24 ноября самый многочисленный с 2004 года марш по Крещатику. Магнитные волны, сигнализирующие о грядущем землятресении, излучались с разных сторон: от журналистов, студентов, страдающих от своеволия Табачника, от малого бизнеса и защитников украинского язика, от Европы, воюющей за освобождение Тимошенко.

Отдадим себе отчет: на самом деле мы шли  на Майдан  не «за Европу». Европа, это был последний шанс мирно окоротить узурпатора.

И даже, если бы Попов,Захарченко, Клюев или кто там еще не отдал 29 ноября приказ  «Беркуту», миллион на Майдане все-равно собрался бы. Пролитая на Майдане кровь - это был не толчок к развитию событий. А отчаянная попытка власти остановить их.

В ночь на 30-е  гражданское общество получило еще одного могущественного союзника -Церковь. Неизбежность уже била ключом из всех тектонических разломов материковой плиты режима.

30 ноября мы все стали свидетелями самой стремительной мобилизации общества за всю украинскую  историю! На наших глазах на Михайловской площади формировались и экипировались в пенопластовые «латы» первые десятки самообороны, в ворота Золотоверхого несли продукты для защитников священной твердыни,  появились  студентки с наклеенными на сумки красными крестами - первые ласточки будущей медицинской сотни. Спящие почки в мгновение ока превращались в плоды. Наследники Киевской Руси готовились  переписать  давнюю трагедию -  защитить свою Десятинную церковь от батыевой тьмы.  

1 декабря вместе с колоннами мирних жителей на Крещатик вышла полностью готовая к уличным боям армия. На повестку дня был вынесен вопрос об исправлении еще одной исторической ошибки: отказа в 2004 году от штурма АП.

Власть не просто была готова. Она дрожала от предчувствия торжества над телом распятого народа. Я не помню такой сплоченности в ее рядах. В отличие от оранжевих событий там не нашлось ни одного человека, попытавшегося остановить бойню. В 2004-м автор этих строк немало часов простоял у  оцепленного спецназом АП, общался с милицией. Тогда среди них было немало сочувствовавших, многие не снимали повязанные им оранжевые ленточки. В декабре 2013 пришлось пообщаться с Беркутом у Печерского суда. И это были другие существа. Молодые, хладнокровные, вышколенные  овчарки, присягнувшие на верность слугам Путина. Они видели в нас непокорное стадо и готовились загнать его, куда прикажут. Включая бойню.

Могло ли в принципе все закончиться мирно?  Увы! Потенциал ненависти с обеих сторон был несоизмерим с 2004 годом. Тогда все обошлось искрой и коротким замыканием. В 2013 - грянул гром.

Мы помним реперные точки: бульдозер на Банковой, первый коктейль Молотова на Грушевского...Было это безрассудным героизмом или просчитанной провокацией? Какая разница!  Провокаторы, как и герои - это лишь персонификация исторической воли, рука  истории, только герои -десница, а провокаторы и предатели - шуйца. Думаете, без Гапона не было бы российской революции 1905 года, а без Гаврилы Принципа первой мировой войны?

Провокаторы всего лишь подстегивают события там, где герои медлят.

И, наконец, еще одна загадка: кто приказал прекратить смертононосный огонь на Институтской? Кто остановил расстрел украинцев?

Нет никакой загадки. И никто никакого расстрела, на самом деле, не останавливал. Поле боя перенесли в новое место и сменили оружие: вместо автоматов - Грады. Одного Захарченко поменяли на другого. Майдан не закончился.

Революции часто бывают бескровными. Войну и интервенцию начинают те, кого пугают изменения. Ведь это только мы почему-то считаем, что меняем страну. Меняется что-то, и очень серьезно, на огромном пространстве нашей  планеты. А как иначе, если с оружием на нас пошла целая обществено-политическая формация?

И мы видим новые знаки, новые символы. И трагические - как гибель Боинга, и мелкие, как одиночный протест Макаревича, песенка о Пуйле и закиданный помидорами чешский президент Земан. Мы видим крепчающую любовь этого самого Земана и венгерского «йоббика» к Путину, а самого Путина - к Гитлеру. И не знаем, что обещают эти знаки и чем все кончится.

«Не дай вам Бог жить в эпоху перемен»,-говорит обывательская мудрость.

Но если нет перемен, для чего жить?

УКРІнформ