30 мая 2015 г: люди и деревяшки

Выставку, посвященную 100-летию со дня рождения одного из самых колоритных политиков послевоенной Германии Франца-Йозефа Штрауса Мюнхенский городской музей  разместил на "кукольном" этаже. Для того, чтобы посмотреть на связанные со  Штраусом экспонаты – фотографии, предвыборные плакаты, документы, карикатуры - нужно пройти через вереницу залов, буквально переполненных марионетками. И в этом есть своя очевидная параллель. Политика – это всегда искусство обращения с куклами.

Самого Штрауса, впрочем, марионеткой никто не считал, зато его считали кукловодом. Несколько десятилетий вся политическая жизнь Баварии – и в большой мере Германии – вращалась вокруг этого крупного улыбчивого человека, умевшего и любившего отстаивать свою позицию. Куклы рядом со Штраусом – напоминание о том, что свою роль в политике каждый выбирает сам.

Именно потому, собственно, я и пошел на эту выставку. Мне всегда импонировали такие люди как Штраус – каких бы политических взглядов они не придерживались. В политике можно быть консерватором и либералом, социал-демократом и “зеленым”. Самое главное – не быть куском полена на веревочке, даже если тебя хорошо смастерили и раскрасили по последней моде. Такому хорошо раскрашенному полену может быть даже обеспечен успех – но страна, соглашающаяся с марионеточностью в политике и радостно аплодирующая любой глупости, обречена на нищету и маргинализацию.

Своенравных политиков часто не любят – и не только их коллеги на ниточках, но и многие избиратели, которые привыкли, чтобы им говорили то, что им нравится. И тем не менее, неудобный и жесткий Штраус оставил после себя процветающую Баварию, буквально восставшую из руин второй мировой. Тэтчер, которая до сих пор бесит многих британцев, изменила страну до неузнаваемости, преодолев один из самых тяжелых кризисов ХХ столетия. Черчилль заставил британцев поверить, что они – народ героев, а не нация, готовая смириться с неизбежностью. Де Голль избавил Францию от алжирского нарыва. Таких примеров можно привести немало, но суть каждого из них будет проста – в каждом  случае настоящего успеха государства и политика мы будем иметь дело с человеком нередко ошибающимся, мятущимся, раздражающим, но – живым, а  не с деревяшкой или мешком тряпья.

И самая главная задача любого общества – научиться отличать живое от мертвого.