Декілька слів про національну гвардію

Одной из странностей сегодня является то, что за деятельностью министров и премьеров мы следим по сообщениям в социальных сетях. Отчасти такая доступность радует, а особенно приятна возможность написать комментарий, который потом с какой-то вероятностью будет прочитан самим чиновником.

Однако, у каждой монеты есть обратная сторона. Твиты, посты, шэры на страницах создают давление на мозг читающего руководителя, которое усиливается советами заместителей. И далеко не всегда такое многоголосье ведет к принятию взвешенных решений.

Чиновник – тоже человек, ему тоже хочется нравиться и собирать лайки. Именно этим, а не взвешенным анализом ситуации можно объяснить следующую цитату из facebook аккаунта министра внутренних дел Арсена Авакова от 10 марта.

«Завтра вносится в парламент Закон о Национальной гвардии Украины. В ближайшее время объявим мобилизацию в Нацгвардию. Двадцать тысяч гвардейцев будут призваны для охраны границ Украины и гражданского порядка в стране. Это - как ответ на дестабилизацию извне. И это не военный ответ - это будет организованный ответ гражданского общества. Кто не знает, отмечу что в военкоматах страны инициативно запросили мобилизацию несколько десятков тысяч человек. И это вне системы организованной целенаправленной мобилизации в Украине».

Конечно, многие, прочитав это сообщение, почувствовали прилив энтузиазма и ощутили, что их желание встать на защиту Родины (которая, вне всякого сомнения, в опасности) получит, наконец, возможность для реализации. Признаюсь, я тоже все чаще думаю о том, как укрепить наши границы и сделать улицы безопаснее. Однако, как и все в этой жизни, такой шаг как создание гвардии имеет свои причины и следствия.

Осмелюсь напомнить, что в Украине уже существовала национальная гвардия, задачи которой в значительной мере пересекались с уже существующими задачами внутренних войск и пограничной службы. Таким образом, для чего именно создается национальная гвардия? Какие новые цели она будет выполнять? Об этом, к сожалению, нас пока не информируют.

Если цели национальной гвардии 2.0 – это то, что декларируют министр внутренних дел и секретарь национальной безопасности, то выходит, что существующие МВД и пограничная служба в определенной степени лишены доверия своих же руководителей и на них нельзя положиться. То есть мы действительно должны немедленно создать что-то новое. В этом случае остро встает вопрос о том, для чего тогда существуют эти ведомства с огромным штатом, финансовым и материальным ресурсом, не говоря уже о ресурсе полномочий, столько важном именно в регионах.

Другое предположение состоит в том, что силовые ведомства страны деморализованы, ослаблены, демотивированы и не в состоянии справиться с охраной общественного порядка и рубежей страны самостоятельно. Таким образом, они нуждаются в помощи. В принципе, во всем мире силы правопорядка в той или иной степени привлекают общественность к своей работе. Люди постарше помнят такое и в СССР.

Это очень здоровая инициатива. Во-первых, это позволяет увеличить ресурс. Во-вторых – обычные граждане начинают ощущать причастность к процессу обеспечения безопасности, как на улицах, так и на границах. И что характерно - в Украине для этого совершенно нет необходимости в возрождении национальной гвардии.

Для этого нужно всего лишь стряхнуть пыль с закона «Про участь громадян в охороні громадського порядку і державного кордону», который позволяет гражданам Украины создавать общественные формирования с соответствующими целями. Однако, согласно этому закону, их координацию осуществляют местных государственные администрации и органы местного самоуправления, с которыми в некоторых регионах нужно строить отношения и договариваться. Но именно в этом и есть, как я понимаю, главный вызов новому правительству?

Не буду погружать читателя в свои догадки и рассуждения – их сегодня хватает. Ключевые вопросы, которые мы должны поставить себе и власти следующие:

1. Не произойдет ли так, что национальная гвардия будет не дополнять, а выполнять функции, которые уже возложены на существующие органы государственной власти или более того, вступать в противоречие с существующими силовыми ведомствами?

2. Не происходит ли подмены понятий, когда фактически здоровое и похвальное желание граждан встать на защиту целостности страны и общественного порядка будет использовано для создания еще одного военизированного подразделения, которое как минимум нам не по карману, а как максимум – прибавит нашей стране «людей с полномочиями»?

3. Не проще ли могучим ведомствам с мощнейшим ресурсом просто построить взаимодействие с людьми без новых институтов?

В любом случае, принятие такого шага, как создание в стране нового милитаризированного органа, должно быть вынесено на обсуждение и прозрачно. Особенно, учитывая существующее желание руководителей министерств держать контакт с обществом. Люди должны знать для чего это делается, каковы будут процедуры формирования новых органов, их полномочия, взаимодействие с уже существующими и, в конце концов, какова стоимость вопроса.

Иначе, это больше похоже на создание еще одной армии, в лояльности которой руководители силовых ведомств будут более уверены, чем в лояльности своих подчиненных. Именно это, кстати, в свое время делал президент Кучма, полностью подчинявший национальную гвардию себе.