Где-то в параллельной Вселенной

Следователь ворвался в комнату допросов так неожиданно, что продюсер Иосиф Пригожин не успел надеть обувь. Уже который месяц он приучал себя к продукции китайских побратимов, но изнеженные ступни предательски помнили о прелести итальянских ботинок. Возможно, следовало устроить им встряску, недельку походив в популярных ныне «Легкоступах» производства ТЗРО, Томс…кого завода резиновой обуви.

—Немного задержался, - констатировал следователь вместо приветствия. По идущему от рубашки запаху дыма Пригожин понял почему: правоохранитель вернулся с очередной охоты на подпольные плантации укропа.

Следователь сел напротив, расшнуровал папку и принялся изучать ее содержимое, изредка поглядывая на Пригожина.

—А вот вы сегодня приехали вовремя, - неожиданно сказал следователь. – Вы что, не пользуетесь Глонассом?
—Пользуюсь. Но я уже знал дорогу в Следственный комитет, - успокоил его Пригожин.
—И цвет лица у вас подозрительно здоровый. Вы что, завтракаете зарубежным творогом?

Пригожин похолодел. Он лихорадочно соображал: могли ли они рыться в его мусорном контейнере.

—Нет, я из партии любителей гречки, - ответил он наудачу.
—Если бы за каждый раз, когда на допросах меня уверяют в любви к гречке, мне давали бы миллион рублей, я бы уже купил себе машину, - не унимался следователь. - Быстро назовите три любимых блюда из гречки.
—Каша, оладьи и кисель, - выпалил Пригожин.

Следователь не изменил подозрительного выражения лица, но тему оставил - видимо, предъявить ему в этом отношении было нечего.

—К нам поступила информация от бдительных граждан, - следователь отделил от папки напечатанный на тонкой бумаге листок, - вы давеча были на дне рождения друга… Во-первых, откуда вы узнали о праздничной дате?
—Как откуда? Помнил.
—Не лгите! Сейчас никто не помнит дней рождения. Пришло напоминание в фейсбуке?
—Что вы! - замахал руками Пригожин. – В одноклассниках.
—Допустим. Но это всего лишь слова. А у меня улика. На день рождения вы повезли бутылку французского бордо, - следователь усмехнулся и вытащил из портфеля запечатанную в целлофан пустую бутылку. «Бордо» - золотыми буквами было написано на этикетке.

Пригожин успокоился. Так вот зачем его на этот раз вызвали в Следственный комитет! Стал бы он тратиться на бордо…

—Присмотритесь внимательнее, - парировал он. – Это не бордо. Видите, мелким шрифтом добавлено «вый». Вместе читается «БОРДОвый».

Следователь разгладил целлофан. По его разочарованной мимике Пригожин понял, что тот разглядел буковки.

—А почему не бордовОЕ? Ведь речь идет о вине, - на всякий случай уточнил следователь.
—Что вы хотите? Китай!
Следователь отставил бутылку и вновь полез в папку.
—Ну хорошо, - сказал он. – Но мы вас вызвали не за этим. К нам поступили сведения, что вы планируете организовать концерт Валерии в Ялте…
—Планировал, - перебил Пригожин. – Мы отменили его – нет отдыхающих.
—Что? – грозно сказал следователь и вскочил со стула. – Я не расслышал. Айфон успел испортить мне слух до того, как ученые из РАН доказали его вредность.
—У меня наш азъ-фон, там достаточно тихий динамик, - Пригожин вытащил бы в доказательство телефон, но его забрали на входе.
—Так вы говорите, что отменили концерт? – глаза следователя пылали гневом. Пригожин понял, что ходит по краю.
—Нет, нет. Это ошибка принимающей стороны. Концерт будет.
—Рад слышать, - следователь сел. – Тогда у меня вопрос по заявленному в Минкульт репертуару. Песня «Море любви» о чём?
—Как о чем? – Пригожин пришел в замешательство – О любви.
—О любви к Владимиру Владимировичу?
—Э-э-э, не совсем.
—О любви к России?
—Э-э, тоже не совсем верно.
—А о чем? – с искренним непониманием спросил следователь.
—Ну как, о любви мужчины и женщины, - ответил Пригожин и догадался уточнить. – Они муж и жена.
—А-а. Ну что ж, защита традиционных семейных ценностей на фоне царящей в мире содомии и разврата – совсем неплохо. Но знаете, слово «море» - это как-то слишком громко. Вот, смотрю по репертуару. Песня о Владимире Владимировиче, о Родине, о красоте нашей зимы, о голубом золоте, и тут – бац! – о любви, да еще и целое море. Назовите лучше «Река любви». Или нет, лучше – ручеек.

Пригожин вздохнул и кивнул.

—Вот и прекрасно. Можете идти. Хотя погодите. Я тут давеча услышал ретро, - следователь достал из кармана блокнот и вчитался. – «Два бездонных океана глаз»… Не знаете, кто исполнитель?