Якою буде Росія після Путіна

Пише "Ділова столиця"

Маша Гессен, российская журналистка и общественный деятель, возглавлявшая русскую службу Радио "Свобода", изложила в интервью Voice of America интересную хронологию путинского режима: сначала - зачистка элементов демократического правления, затем - период обогащения и стазиса, установления баланса между страхом, властью и деньгами. Теперь же Россия вошла в третью и завершающую стадию авторитарного правления Владимира Путина. Это стадия полного подавления остатков политического инакомыслия на фоне войны с Украиной. 
Некогда молодой многообещающий лидер и его команда сцементировали расползавшуюся федерацию путем террора, шантажа, подкупа и личных ограничений доступа во власть только членам клуба. В деле объединения страны он сделал ставку на архаизацию - властной вертикали, общественных институтов, экономики.

Но по мере превращения путинского режима в геронтократию ему все труднее сдерживать последствия такой системы правления. Так в средневековье местные феодалы ждали, пока дряхлеющий, но все еще популярный король проиграет какую-нибудь битву. Или выиграет и уйдет почивать на лаврах, желательно в небытие. 

У Путина все еще нет ни преемника, ни равного по силе конкурента. Так что велик риск, что после него посыплется все и сразу, как сразу посыпалась империя Александра Македонского после его смерти. Путину все еще везет и очень многое сходит с рук, однако обратный отсчет времени уже идет: его присные не могут ждать фатальной ошибки, следствием которой станут и их личные катастрофы. Определенным в стрелочники людям из окружения вождя и так уже стало немного неудобно из-за санкций. Вопрос в том, какой из страхов у них пересилит: Путина или грядущего.

Волна нездоровой эйфории схлынула. Обнажилось непрезентабельное дно: изоляция, экономическая деградация, растущая атомизация общества и перенакачка ненавистью, неспособность ликвидировать даже последствия стихийных бедствий вроде наводнения на Алтае. Запустив машину убийств и раскрутив маховик пропаганды, Путин все менее способен их контролировать.

Это проявляется, к примеру, в том, что 60% россиян, согласно опросам в СМИ, кто прав - Гиркин-Стрелков или путинский представитель Сергей Кургинян, сетовавший в ДонОГА, что тот еще жив, высказываются в пользу первого. И этих людей можно даже понять: месяцами пропаганда шпиговала их головы лозунгами и матрицами военного героизма, борьбы с фашизмом, угрозой и прочим. Отсюда реконструктор с николаевскими усиками и плачущим взглядом византийской иконы. Взращенный политтехнологами ультраправого направления, этот образ начинает затмевать вальяжно-хамовитого Путина.

Гиркин - вполне искренний маньяк, готовый лить свою и чужую кровь за Святую Русь, какой он себе ее представляет. А поскольку здравый смысл не считается добродетелью в нынешней России, то у Путина появился достойный конкурент, которого Кремль, разумеется, постарается ликвидировать или хотя бы не пустить обратно в страну. Да только сможет ли? Ведь дело даже не в персоналии претендента на роль вождя. Запрос на типаж Гиркина в российском обществе становится все сильнее.

Вчерашние имперцы-евразийцы вроде Дугина и Проханова или того же Кургиняна вдруг из фриков-маргиналов превратились в идеологов кремлевского мейнстрима, но оказались слишком умеренными и немощными для радикализованного путинской пропагандой общества. Для нового же поколения смыслотворцев вроде редактора "Спутника и Погрома" Егора Просвирнина или публициста Александра Самоварова Путин - слабак, плохо справляющийся с мессианскими задачами вождя нации.

Всевозможные гиркины, разумеется, подходят на эту роль еще меньше, но они, по крайней мере, пассионарны и преданы идее. Так что Кремлю придется либо бороться с вирусом правизны ради самосохранения, либо попытаться вновь его обуздать, как это уже случалось ранее. Но шансов теперь куда меньше.

Вопрос о пределах возможностей режима, погружающегося в нестабильное, плывущее состояние, сегодня актуален как никогда. Российская власть охвачена тем же параличом, который был характерен для конца правления Януковича. Свежий пример: депутат от ЛДПР Алексей Митрофанов, обвиненный в организации убийства своего кредитора, был лишен неприкосновенности, однако скрылся из России в день голосования и громко смеется над "стальным полководцем" предположительно из шезлонга на Ривьере. И таких случаев немало.

Путин может сколько угодно считать Геббельса талантливым человеком. Российская государственная идеология, основываясь на трудах профессора Миграняна, может сколько угодно доказывать, что Гитлер до 1939 г. был первоклассным политиком. Но путинское окружение отнюдь не помышляет о строительстве нового рейха и представляет собой сборище на редкость наглых казнокрадов.

Смогут ли они ради собственного спасения организовать Путину свидание с Хароном? Сами по себе - нет. Для успеха переворота необходимо, чтобы линии нескольких факторов устремились к одной точке-аттрактору и переплелись в ней. Природа сформировавшегося объекта имеет несколько уровней. Отправной точкой послужат грядущие сентябрьские выборы в Мосгордуму, уже ставшие скандальными из-за давления, фальсификации чиновниками документов, - и это на фоне сильных позиций диссидентов в Москве.

В сентябре внутренние общественные конфликты усилятся драмой губернаторских выборов и в Санкт-Петербурге. Обострятся отношения группировок банкиров и силовиков, сторонников национализации и приватизации. Как бы ни упиралась Германия, по наводке северного друга воюющая с американскими шпионами, вопрос секторальных санкций отнюдь не снимается с повестки дня Запада.

Впрочем, и в нынешнем объеме они губительны для российской экономики. Фактическое признание этого - намерение Минфина лишить права на бесплатную медицину неработающих россиян. С 2015 г. они должны будут доплачивать за свое лечение в государственных поликлиниках и больницах. Реформа затронет более 40 млн человек. Ведомство заявляет, что всеобщий доступ к бесплатной медицине несправедлив. Однако за этим заявлением, очевидно, кроется стремление к реструктуризации расходов с целью экономии скудеющего бюджета. Так что, ввиду всего сказанного выше, образуется пространство для маневра.

Выбор лежит между дворцовым переворотом или затяжной, кровавой войной с городскими осадами, как это всегда бывает в России. С одной стороны, такая война послужила бы справедливым возмездием за преступления против человечества, с другой - развал федерации потянет за собой множество тяжелых последствий. Так что лучше, конечно, первое.

Кто может заменить Путина? Михаил Прохоров или Никита Белых - голубая мечта системных либералов, теоретически могли бы стать техническими руководителями на переходный период. В общем, либерализация диктатуры, возвращение людей из первого срока Путина, попытка придти к общественному компромиссу и вернуться в цивилизованный мир. Впрочем, куда вероятнее сценарий "Путин-лайт" в исполнении Алексея Навального, который правеет тем стремительнее, чем ближе выборы.

Разумеется, есть еще вариант обычной демократической революции, а также распада страны. Но демократов в России крайне мало. Новому послу США в Москве, нашему знакомцу Джону Теффту, которому, учитывая его биографию, удивительно быст-ро дали агреман, теперь надо приложить немало усилий, чтобы переломить ситуацию. Не выгоден распад России, например, тому же Рамзану Кадырову, который собирает дань со страны руками Владимира Владимировича. И который, как и Шойгу, и Медведев, и Хлопонин, к примеру, мечтает сменить Путина у руля.

Не исключен, разумеется, ультраправый путч - объединенными усилиями нацистских организаций и армии. Мотивация - предательство Путиным интересов русского народа. Разнообразные стариковы, глазьевы и михалковы продолжают толкать маятник вправо. Красно-коричневая идеология социалистического монархизма овладела умами миллионов россиян. Генералы, особенно те, кто крупно проворовался, выдвинут вперед Гиркина либо его аналог, а Путин будет расстрелян во внутреннем дворе дома №2 на Лубянской площади за либерализм, начнется зачистка инородцев. Будет попытка окончательно монополизировать СМИ. А потом ответят инородцы...

В общем, с тем, что такую власть следует свергать, согласны и либералы, и националисты. Но не исключено, что новая власть в России быстро возбудит ностальгию по власти старой, путинской.