Украина как новый цивилизационный проект

Да, они оказались неприятными, эти беженцы с востока. Бесполезно напоминать, что среди них много простых порядочных людей, бизнесменов, интеллигентов, не привлекающих к себе внимания скандалами. Что много таких, которые вообще не обращались за помощью - сами как-то устраиваются. Все знают, что так и есть. Но на виду и огорчают как раз эти - злые, обиженные на всю Украину, истеричные, потерявшие то немногое, что у них было - нищую, но спокойную жизнь.

Они обнажают реальную проблему: маргинальная "луганда" в массе своей неприглядна и заражена глубокими антиукраинскими настроениями. Как с этими людьми жить в одной стране? И стоит ли? Страх подсказывает, что лучше обезопасить себя от них. Отделиться. А угодливые теоретики обосновывают: дескать, да, невозможно примирить столь различные, взаимно враждебные, менталитеты. И напоминают про "искусственные" границы - словно где-то на планете существуют естественные.

Но послушайте!

Всего-то полтора века назад между южными и северными штатами Америки шла Гражданская война. Там в анамнезе, кроме искусственных границ, было ещё далеко не бесконфликтное вытеснение коренного населения, пёстрый состав белых иммигрантов и завезённые из Африки чёрные рабы. О разнице менталитетов написаны эпические романы. В 1865-м эта кровавая и разрушительная бойня, вызванная несовместимыми противоречиями в миропонимании и укладах жизни, закончилась поражением Конфедерации юга. При том, что население всех штатов в ту пору едва превышало 30 миллионов человек, на полях сражений погибло 135 тысяч. Ещё полмиллиона умерло от ранений и болезней. С обеих сторон. Они ведь убивали друг друга.

А что было потом?

А потом им пришлось жить фактически в одной стране. Рядом с убийцами своих братьев, отцов и друзей. По одним общим законам, допускающим второстепенные различия в законодательстве самоуправляемых штатов. Разница менталитетов не изгладилась вдруг - она и сегодня заметна. Но всего за четверть века американская экономика стала крупнейшей в мире, сохраняя, притом, опережающие темпы ежегодного прироста.

Как вам кажется, как скоро побеждённые конфедераты изменили своё отношение к северянам - сразу после окончания войны или лет через десять?.. Скорее всего - никогда, до самой смерти. Но нет свидетельств, что они продолжали мстить победителям, "партизанить", взрывать рельсы и пускать под откос поезда назло Вашингтону.

Можно ли ожидать, что маргинальная "луганда" изменит своё отношение к Украине? Тоже - нет. Кто что-то способен понять, тот уже понял. Лишь немногие склонны будут переоценить пережитой трагический опыт позже, когда мирная жизнь наладится. Основная масса антиукраински настроенных не изменится. Но это - не приговор будущему Украины.

Не так давно я заинтересовалась феноменом первого поколения советской молодёжи. Хотелось разгрести пласты официальной советской мифологии и, по возможности, узнать, как там всё было на самом деле. Результаты меня удивили: поколение, выросшее в 20-30-е, в целом оказалось идеально патриотичным. Миллионы настоящих, беззаветных патриотов советской страны. Их родители никак не могли быть сплошь идейными коммунистами - таковые были в меньшинстве. Большинство, как теперь понятно, максимум сохраняло молчаливую лояльность победившему режиму. Мирная жизнь установилась лишь с начала 20-х. Благополучной её назвать невозможно. Какие процессы происходили тогда в обществе тоже достаточно хорошо известно. Но молодёжь любила свою страну. Да так, что Сталину удалось заслониться ими в трагические месяцы начала войны.

Я не сбрасываю со счетов тотальную пропаганду, подкреплённую страхом репрессий и т.п. Это всё тоже имеет значение. Но одной пропагандой всё объяснить невозможно. Что же давала страна этим детям в реально очень бедной, голодной и тяжёлой повседневности? Такого, за что можно было отдать жизнь? Ответ оказался очень простым: страна открывала для них головокружительные ПЕРСПЕКТИВЫ.

Нет, это не была пустая идеологическая приманка. Советский Союз первых десятилетий, при всех страшных минусах, был страной потрясающей социальной активности. Буквально каждый мог стать участником великих и прежде невиданных проектов, строек, открытий. Сын безграмотных крестьян имел возможность выйти в инженеры или в артисты. Мог дослужиться до командарма или прославиться орошением пустынь. Старшим, конечно, видны были в этой ротации кадров чёрные провалы расстрельных камер и лагерей. Эту часть правды от детей скрывали. Но правда настоящих перспектив тоже была.

Правда в том, что ПЕРСПЕКТИВЫ ВАЖНЕЕ РЕАЛЬНОСТИ. Поэтому молодость часто уходит от сытной кормушки воевать за нечто неведомое - за открытие перспектив и широких возможностей. Этим благим порывом обычно начинаются войны и революции. Но только тем они и заканчиваются - открытием перспектив, дающим возможности самореализации большему, чем прежде, числу людей из разных сословий и социальных слоёв. Когда дети нынешних беженцев с востока, обозлённых и агрессивных, проклинающих "бандеровцев" и "хунту" - когда их дети увидят своё будущее в Украине - это станет окончательной и настоящей победой.

Не проклинайте маргинальную "луганду" - они жертвы трагического безвременья. Будущее не за ними, а за их детьми. Будущее в том, чтобы снять все преграды на пути предпринимательской активности. Общими усилиями, опираясь на возникшие сейчас волонтёрские и общественные движения, создать общественные институты. Надо переформатировать страну и власть. Только нельзя останавливаться и отступать на этом пути, иначе недоделанное сейчас быстро окаменеет и перекроет пути.

За 23 года независимости Украина не состоялась как национальное государство. По правде говоря, не было и шансов. Почему - это отдельный разговор. Теперь же Украина получила уникальный шанс: она должна состояться как новый цивилизационный проект. Он возможен только с Донбассом, который предстоит вытащить из постсовковой пропасти рабского менталитета, одновременно восстанавливая его промышленный потенциал. Только с югом, который сегодня кристаллизует в себе гражданскую украинскую нацию. Только с украинской мовой, которой суждено обрести второе дыхание и расправить крылья, став полноценной составляющей культурной самоидентификации. Только с русским языком свободного общения - впрочем, как минимум, и с английским - потому что на этих языках смогут преподавать в украинских университетах ведущие учёные и специалисты. Этот цивилизационный проект не может быть неэффективным в экономической или социальной сфере - иначе он не состоится.

А потом придётся ещё возрождать Крым.