Кремль готує чергову війну на Балканах

Тихая и провинциальная Македония не часто по­яв­ляется даже в региональных новостях с тех пор, как в начале 2000-х годов Ох­рид­­­­­с­кое соглашение прекратило противостояние с албанскими сепаратистами, получившими ограниченную автономию. С декабря 2005 г. бывшая Югославская Респуб­ли­ка Македония является кандидатом в члены ЕС и подала заявку на присоединение к Северо­ат­лан­ти­чес­кому альянсу. Казалось бы, политическая история страны расписана на годы вперед. На самом деле уже давно в тени Родопского хребта происходят загадочные события, пишет "Деловая столица".

Македонские странности начались еще десять лет назад с гибелью в авиакатастрофе президента Бориса Трайковского. По крайней мере, невзгоды его партии с очень сложным названием "Внутренняя македонская революционная организация - Демократическая партия македонского национального единства" (ВМРО), кажется, уходят корнями в середину 2000-х. Сегодня партию возглавляет действующий премьер-министр Нико­­ла Груевский, который в этом качестве руководит страной (Македония - парламентская республика) уже девятый год. И вот 31 января македонская полиция предъявила обвинения четырем подозреваемым в попытке свержения консервативного правительства Груевского.

Любопытно здесь следующее: в 2008 г. предшественник нынешнего премьера, социал-демократ Вла­до Бучковский, был осужден за тор­гов­лю российским оружием во время албано-македонского конфликта. И лишь два года назад, вероятно, покинул места не столь отдаленные. Трудно судить, как это всегда бывает с политическими деятелями, насколько объективным был тот процесс, однако факт остается фактом: репутация главной оппозиционной партии в стране - социал-демократов - до сих пор не оправилась от удара. Это подтверждается результатами выборов: консерваторы сохраняют власть, несмотря на то что вплоть до начала 2000-х македонские эсдеки могли похвастаться равным весом в политической жизни республики.

Примечательно, что заявление пресс-секретаря македонского МВД Иво Котевского о том, что с "угрозой конституционному строю" балканская республика столкнулась впервые, не совсем соответствует истине. Так, в октябре 1995 г. в результате покушения тяжело пострадал первый президент Македонии, социал-демократ Киро Глигоров. Виновные так и не были установлены, хотя следствие подозревало одну из болгарских корпораций, а также сербскую, тогда еще югославскую контрразведку (KOS). Впоследствии война с албанскими сепаратистами и последующий статус-кво (вынуждающий министров-македонцев и министров-албанцев терпеть друг друга в одном кабинете) настолько раскололи правительство, что хлопнул дверью премьер-эсдек Хари Кристов - ныне руководитель Коммерческого банка Скопье. В свое время эта ситуация тоже трактовалась как шаг к маленькой гражданской войне.

Более того, обе ключевые партии в Македонии традиционно обвиняют друг друга в фальсификации результатов выборов. То же самое произошло и весной прошлого года, и с тех пор жизнедеятельность парламента заблокирована. Скандал углубился, когда лидер оппозиции Зоран Заев объявил, что в его распоряжении находится некая запись, полученная от иностранной спецслужбы. С этого момента и начинается история о потенциальном государственном перевороте. Файл якобы свидетельствует о том, что Никола Груевский брал взятки за продажу одного из банков некоей сербской компании, связанной с криминальными кругами. Премьер, в свою очередь, с жаром отрицал все обвинения Заева.

Но уголовное преследование оппозиционера и еще трех неназванных людей началось после того, как Груевский объявил, что За­ев неоднократно пытался шантажировать его этой записью, требуя создания технического правительства либо правительства народного доверия во главе с ним. Впрочем, македонское издание Kurir пишет о том, что лидер Социал-демо­кра­ти­ческого союза Македонии Зоран Заев вместе с бывшим главой службы безопасности страны Зораном Верушевски и его женой через директора ЖКХ города Струмицы Бранко Палифрова был включен "в шпионскую сеть".

По-видимому, именно этот нюанс шантажа, если такие события в принципе имели место, и трактуется следственными органами Маке­донии как попытка государственного переворота. Поскольку шантаж с помощью записей неочевидного происхождения в похожем контексте применялся и в Украине, приходится признать, что с точки зрения правящей партии ситуацию можно воспринимать и таким образом. В том, конечно, случае, если Заев и впрямь использовал запись подобным образом либо она является фальшивкой.

Но можно ли доверять следствию в таком объективно политическом деле? Тем более что Зорана Заева дополнительно обвиняют и в шпионаже. Впрочем, это обвинение было прогнозируемым, поскольку речь идет об аудиозаписи, на которой государственная верхушка страны обсуждает дела государства. Она, по словам Заева, попала в его руки от представителей иностранной разведки. Лидер оппозиции, естественно, отвергает обвинения в свой адрес, добавляя, что власти на­прасно пытаются помешать публикации документов, раскрывающих преступную деятельность Николы Груевского, которые, по его мнению, могут нарушить межэтнические отношения в Македонии.

Этот момент неясен, поскольку либо Заев (как в свое время лидеры украинской оппозиции к Леониду Кучме) отбирал из записи "самое горячее" вроде оснований для обвинений в коррупции, либо это демагогия. Либо имеет место лихо закрученная геополитическая интрига. К примеру, направленная на разрушение Охридского соглашения. А значит - на провокацию новой войны на Балканах с целью создания угроз для НАТО. На­ко­нец, возобновление конфликта могло бы подготовить базу для появления на Балканах "вежливых людей" из государства, выпавшего из системы европейской и глобальной безопасности. Впрочем, пока делать подобные выводы преждевременно. Тем не менее пресловутую "руку Москвы" в этих событиях разглядеть несложно.

Во-первых, изначально речь шла о вражде двух политических (а возможно, и финансово-промышленных) сообществ в Македонии, пуб­личном излиянии накопившихся взаимных обид. Более того, официальные и неофициальные (такие, как Карл Бильдт) представители США и ЕС выразили глубокую обеспокоенность политической ситуацией в Македонии, указав на необходимость соблюдения правовых стандартов следствия и судопроизводства. Во-вторых, в чьих интересах сегодня дестабилизация Маке­до­нии и некоторых ее соседей, чья дорога в ЕС и без того максимально замедлена, по своим причинам, Брюсселем? В-третьих, чьи спецслужбы - если речь идет о реальном прослушивании - на­столь­ко вольготно чувствуют се­бя в соседней Сербии, что могли бы поделиться информацией о связях между сербским криминалитетом и македонской верхушкой?

Наконец, провал проекта "Юж-­ный поток", не так давно казавшегося решенным делом. Не должен ли он требовать реабилитации от тех политических брокеров на Балканах, которые еще кормились от щедрот "энергетической сверхдержавы"? Пристальный международный контроль над расследованием в Македонии может привести к гласным ответам на эти вопросы. И некоторые из них вполне могут вызвать потрясение в правящих кругах всей Европы.