Война и Конституция. Взгляд из «черного ящика»

Тот самый, который придумали физики еще до второй мировой войны.  Выражаясь научно, это закрытая система, которая, на взгляд  внешнего наблюдателя, не известно, как и для чего работает. И единственное, что можно о ней узнать, это запустить внутрь информацию и посмотреть, что будет на выходе...

Сначала Лавров кинул пробный шар, несколько раз повторив, что изменения в украинскую Конституцию должны быть согласованы с лидерами сепаратистов. Путин действовал грубее - фейканул информацию о желании наших властей «отдать Донбасс России».

Цель - не только расшатать ситуацию в Украине («зрада, зрада...»). Складывается впечатление, что в Кремле, действительно, не знают доподлинно, каким образом вырабатываются и принимаются решения (и по изменению Конституции, в частности)  в «черном ящике» под названием Украина, и пытаются изучать нашу реакцию.

С самой Россией - все ясно. Как и с государствами-сателлитами Кремля. Здесь срабатывает условный рефлекс. Как у собаки Павлова. Не покормишь вовремя - начнут гавкать. Потреплешь по загривку - завиляют хвостом. В Украине с Павловым не сложилось. Одному такому едва хвост не оторвали,  забился в свою ростовскую будку и помалкивает.

Для оценки решений, принимаемых в постмайданной Украине, более подходит принцип, известный как «сумма векторов» (им, зачастую, объясняют цивилизационные процессы). Это когда каждый, вроде бы, тянет на себя, а в итоге - все двигаются в правильном направлении. Чем демократичнее общество, тем больше векторов образуют сумму.

Своим заявлением о возможном конституционном референдуме (по устройству державы и государственному языку) Порошенко придал этому принципу максимальный вес. Сумму, необходимую для принятия решений, составит пара десятков миллионов векторов - голоса украинцев. И заявление  это адресовалось не столько даже Путину, сколько Меркель и Олланду. Своего рода упреждающий удар: если будут склонять к принятию непристойных предложений Кремля - придется считаться с мнением народа.

Готов ли Петр Алексеевич к референдуму? Если это не просто фигура речи, а план действий - то ход очень сильный. И очень смелый. Рискованно смелый. Потому что украинское общество выглядит «черным ящиком» в глазах не только Путина, Меркель, Олланда, но и, в какой-то мере, в глазах самой украинской власти.

Соцопросы, вроде бы, благоприятны. Но как реально проголосуют украинцы на плебисците, никто не знает.

И еще одно. К двум альтернативам: 1.унитарное или федеративное государство; 2.один государственный язык или два - неминуемо прибавится еще одна: евроатлантический вектор или евразийский? И этот вопрос самый рискованный. И потому что общество наше не имеет на него общего для всех ответа, и потому, что он самый раздражительный для Кремля.

Как, впрочем, и вопрос языка.

Понятнее всего с унитарностью - тут 90% украинцев  единодушны. Но в планы Путина и этот результат никак не вписывается.

Референдум - не соцопрос, где - высказались, и каждый занялся своими делами. Референдум предполагает невероятно высокую ответственность за свое «да» или «нет», ибо от этого зависит наше общее будущее.

Один к десяти, что мы выберем унитарную Украину, один государственный язык и Европу. Что это значит? А то, что мы  открыто объявим бойкот Путину, допустим воссоединение  Донбасса с Украиной только на наших условиях и сделаем невозможной легализацию ДНР и ЛНР. Мы не уступим ни на йоту тем, кто  хочет в «Русский мир» и... имеет слишком много оружия.

Это значит, что последует новый виток войны. Ибо, как завещал россиянам пролетарский писатель Максим Горький, «если враг не сдается, его истребляют...»

А если сдается?.. 

Многие из нас устали от войны, тревог  и безденежья. «Бог с ней, с федерализацией - главное чтобы людей не убивали... Когда-нибудь потом свое вернем». Что там писал Шекспир о раздумьях и трусости? Прельстит ли нас гарантия жизни, «сухой одежды, теплого питья и радушия победителей...»? То есть, относительно сытый плен? Не сегодня, так в будущем. Не изменит ли большинство своим принципам и не проголосует ли просто за покой?

Вот такой выбор нам предстоит на референдуме. Окончательный и обжалованию не подлежащий. Без возможности отмотать назад, если что не удастся. И нельзя будет как с президентскими или депутатскими выборами пожаловаться: «Обманул, не оправдал надежд» - и начать жечь шины. И записаться в «протывсихи» и выйти чистеньким из передряги тоже не получится.

Референдум скрывает много других опасностей. На отдельных участках или даже округах могут проголосовать за федерализацию или второй государственный. И уж точно не всем понравится евроатлантический вектор. И это даст оружие в руки Путина.

Его результаты  могут не понять Меркель с Обамой, стремящиеся установить мир на краю атомной пропасти. С единой Украиной или без нее, но - мир.

За свою «птичку» в графе отвечать придется самим. А не кивать на Петра.

Готовы ли украинцы к этому? Большого рвения не видно. Ни инициативных групп, ни митингов поддержки.

Не привыкли мы референдить. Опыт за 25 лет если и был, то не очень удачный. Кучмовский плебисцит о двухпалатном парламенте и отмене депутатской неприкосновенности и тогда, и сейчас воспринимается как манипуляция. И о том, что он не был имплементирован, никто не вспоминает и не жалеет.

Как ни парадоксально это звучит, но и референдум 1991 года  дал нам негативный опыт. Того, как  после чрезвычайно ответственного решения и народ,  и элита все пустили на самотек.Оказалось, за четверть века мы мало что сделали для защиты результатов всенародного волеизъявления,  для того, чтобы украинцы лучше жили, чтобы наши рубежи были надежно закрыты для агрессора. Профукали. К сожалению.

Кажется, что и сейчас, после всего того, что случилось на Майдане, мы снова готовы свалить ответственность на элиту, а политическая элита не верит в зрелость народа.

Есть ведь невероятное количество вещей, которые можно решить с помощью референдума. Реформа, касающаяся децентрализации, например. Один из чиновников убеждал, что в ее рамках необходимо «добровольно-принудительное» объединение громад. Но это значит, что сократится число представительских органов местной власти, образно говоря, скукожится база местного самоуправления. Почему бы по этому поводу не посоветоваться с народом на референдуме? По крайней мере, от двух чиновников за последние дни довелось услышать: количество депутатов в местных советах надо сократить вдвое-втрое. А почему бы не спросить на сей счет людей?

Говорят, что из новой редакции Конституции  собираются незаметно убрать статью о бесплатной медицине. Как совковую.  Но и тут не мешало бы спросить украинцев: хотят они медицину платную, страховую или финансируемую из так называемых общественных фондов (что имели в советские времена). Что плохо, что хорошо, пусть скажет референдум.

Говорят, в одном из проектов судебной реформы предлагается выбирать судей всенародно. Сам судейский корпус категорически против этого: мол, выберут неграмотных популистов. А что, лучше, когда нас судят назначенные Януковичем  бывшие адвокаты олигархов, которых ни уволить, ни переизбрать нельзя? И которым верит меньше процента населения? А слабо спросить у самих украинцев, кого они хотят в судьи?

Почему, готовясь вверить народу решение глобальных проблем мира и войны, самого существования государства, политическая элита считает преждевременным выносить на референдум  менее стратегические, но жизненно важные для рядового человека решения?

По телевизору и с трибун нас призывают защищать Родину с оружием в руках. Но защищаешь обычно свой дом. А свой - это тот, который  обустраиваешь по своему усмотрению. В котором твое слово что-то значит.

Неужели референдум как инструмент нужен лишь для того, чтобы поставить на место Путина и убедить Меркель?

Почему человек решающий умереть за Родину, не может лично решать, как в ней жить?

Евгений Якунов, Виктор Мишковский, УКРІнформ.